Люди, ради которых мы все это...

Я много путешествовал, и теперь абсолютно точно знаю: САМЫЕ СИЛЬНЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ В ПОЕЗДКАХ — ЭТО ЛЮДИ. Крохотные сценки, мимолетные диалоги, фразы, просто встречные улыбки...

Однажды у моей жены на глазах всей публики дерзкая чайка прямо из рук выхватила кусок багета. С лету, на полном ходу, коварно спикировав из-за спины и изрядно ее напугав... Дружеские, полные понимания и сочувствия улыбки французов — вот что запомнилось мне больше всего из этой истории!

В погоне за редким кадром погнал всю семью на пригорок, на самую высокую точку одной приморской французской деревушки. Навстречу спускается сухопарый дедушка, очень колоритный: в канотье, в сандалиях, с собачонкой на поводке. Поравнялся со мной, приподнял рукой свою шляпку, слегка наклонился: "Bonjour monsieur", -- произнес размеренно. Я обомлел... Он поравнялся с приотставшими барышнями, тронул канотье: "Bonjour mesdames", -- поклонился он им учтиво... Вы представляете! Вот так вот запросто, всуе, с этим своим безупречным французским прононсом. На залитом вечерним солнцем холме. Неожиданно для всех. На пустом месте... Что называется, ничего не предвещало... Одна эта крохотная сценка стоила всей поездки!

Saint-Malo, Bretagne. Из экономии мы остановились в небольшом дешевом отеле в соседнем городке. Съездили в Mont Saint-Michel и возвращались уже по темноте, почти заполночь. Отель огорожен решетчатым забором с автоматическими воротами. Подъезжаем. Перед закрытыми воротами стоит машина с французскими номерами. "Э-эх! Этот ловкий француз успел вперед нас и сейчас займет во-он то клёвое свободное место на стоянке — как раз перед самым входом в наш номер!" -- расстроенно думаю я. Но нет. Водитель выскакивает из машины и мчится через калитку ко входу гостиницы. Я воспользовался этой заминкой, набрал на панели с кодовым замком известный мне код, открывающий ворота, и протиснулся на машине на территорию отеля мимо конкурирующей фирмы, поспешно заняв заветное парковочное местечко.

-- Monsieur!.. Monsieur!.. -- ночной визитер, запыхавшись, бежит ко мне с вопросом. Вид у него совершенно уставший и очумевший. Чувствуется, он проделал немалый путь и прямо таки валится с ног от усталости и отчаяния. -- Сan you help me? -- перешел он на английский -- Tell me please... how to open... these damn gates. We reserved a room in this hotel, but came just only now. It's too late, receptionist is absent. I don't even know what to do!

Я в подробностях объясняю ему, что на входе стоит автомат, на котором можно зачекиниться электронным образом, и он напечатает в ответ магнитный ключ от номера. Все входы в номера — с улицы. Что же насчет открыть ворота:
— There is a panel on the left side of the gate, — рассказываю ему я. — You have to enter the code to open these gates. The code is: twenty-twenty-A (20-20-A)
-- Thenty... twenty... "A"... -- повторил он, но как-то неуверенно.
-- Yes, two-zero, two-zero, and then "A", -- решил я произнести код по отдельным цифрам на случай, если мое произношение оставляет ему варианты для толкования.

-- "Two-zero, two-zero, "A", -- словно в сомнамбуле и с какой-то ноткой недоверия к собственной способности что-то уже сегодня запоминать повторил мой расстроенный собеседник. Дважды повторил. Повторил для верности и я... 
— Да напиши ты ему на бумажке! — воскликнула уставшая от нашего однообразного диалога жена.
— Ребята, а что, можно по-русски?!! — вопрошал совершенно уже обескураженный наш визави, оказавшийся москвичом, взявшим в Париже на прокат машину и колесившим с женой по северу Франции в диком темпе, чтобы успеть как можно больше увидеть в каждый день.

В таком месте и в такой час встретить соотечественника! Мы не могли оторваться друг от друга до глубокой ночи. Вспоминая уже перед сном эту историю, моя жена хохотала так, передразнивая эти наши "two-zero, two-zero, "A", что даже от хохота свалилась с кровати.

В Швеции один пожилой заправщик, узнав, что мы в неурочный час ищем кафешку прогнать сон, удалился в свою кондейку и сварил нам по стаканчику горячего крепкого кофе. Просто так.

В Швеции же один водитель трелевщика, узнав, что мы в выходной ищем автосервис, чтобы заменить обе сгоревшие лампы ближнего света, по телефону высвистал из соседней деревушки приятеля, и тот у себя на участке нам все поправил.

Машина по жаре отказалась заводиться. Началась погрузка на паром на Сардинии. Очереди тронулись, а я стою, не шелохнувшись, в ужасе думая, что же теперь делать. Итальянцы, не сговариваясь, повыскакивали из своих машин и давай дружно толкать мою, пока она не завелась. Я не успел даже опомниться, даже испугаться. Они что-то лопотали по-своему, размахивали руками, тыкали пальцами. А я по-итальянски знал-то только слово "пиво" и умел считать до пяти (больше мне зараз было не выпить).

Вечер. Старичок трогательно подкрашивает дверь в подъезде своего дома на Монмартре.

- Bonsoir monsieur. — обращаюсь я к нему.
- Bonsoir, — отвечает он мне с некоторым подозрением, не отводя взгляда от своей кисточки.
- Je peux vous poser une question ?
- Quelle question voudriez-vous me demander jeune homme ?.. — проговаривает он медленно, выпрямляется, окидывая меня недоверчивым взглядом.
- Je voudrais savoir à quelle heure le matin, le soleil arrive sur le côté opposé de la rue.
Такого вопроса он явно не ожидал. Бросив взгляд на мою камеру, он коротко изрек:
- Le matin... avec les oiseaux... -- бесполезный, но такой трогательный ответ. Вечер удался!
Comments